Сумерки мира

Уникальная история японского сектора 43Оноды, потерявшегося во времени и пространстве маленького филиппинского острова Лубанг Современная сказка о Робинзоне Крузо, потерявшемся среди настоящих джунглей и иллюзорной имперской чести. На краю света, среди лесов и гор Филиппин, развернулась история, замкнута во времени и потеряна в пространстве. Конец 1944 года, военная поражение заставила японскую армию отступать с острова Лубанг. ревномость кожери Онода получила приказ – за любую цену удерживать остров к возвращению Императорской армии. Есть лишь одно правило: запрещено устье от собственной руки. В случае, если вас увлечет враг — ввести в заблуждение. Так началась путешествие Оноды – странствие через несколько десятилетий вымышленной войны. В книге «Сутенки мира» Вернер Герцог вещает годы гениальной борьбы Оноды. Солдата, который среди паутины вымышленных сражений, слепой веры в иллюзорную имперскую честь и реальных физических испытаний, терял в себе самое важное — человека. Современная сказка о Робинзоне Крузо, рассказывающая не только о физических испытаниях солдата, но и о внутренней борьбе, смысле жизни и беззапречную верность цели. Вернер герцог мастерски отображает годы гениальной борьбы Оноды, не только как историю выживания, но и как поэтическое отражение человеческой настойчивости и слепой веры. Национальный бестселлер от большого кинорежиссера Вернера Герцога. One of The New Yorker’s Best Books of 2022. Цитати з книги: Ночь марила, и уже после пробуждения, днем, пейзаж был неподвижным трещоточным сном, который не хочет исчезать, минуя, как плохо подключенные неоновые трубки, словно от озноба. С самого утра джунгли качались в ритуальных муках электрического экстаза. Спускался дождь. Гроза была настолько далеко, что звуки грома не долетали. Это был просто сон. Всего-на-всего сон. Широкая тропа, с двух сторон которой - густой подлесок. Под ногами шуршит опавшие листья. С деревьев скрапирует вода. Джунгли послушно замирают, ждут, а пока не закончится врастающая месса дождя. Ввод в заблуждение, военная хитрость, мимикрия — все, чему Оно учит в природе, достойное оно или нет, подходит для борьбы, становится ее целью. Он не будет бежать вперед со стяжкой, а лучше станет невидимым, маревом, рассеянным туманом, что проснёт опасность. Джунгли с ним – это больше, чем просто джунгли. Теперь это местность с аурой опасности и смерти, что чигает на каждом шагу. Время и джунгли. Джунгли не признают времени. Они как двое родных людей, ставшие чужими. Единственное, что их соединит, — взаимное обезвоженность. День меняет ночь. Ночь меняет день. В Пир году здесь нет, всего лишь месяца, когда постоянно дождит, и месяцы, когда дождь падает не часто. Вечная, вневременное константа — постоянная борьба за свет солнца, который не прекращается даже с приходом ночи. И ничто не повлияет на это впечатляющее неизменное существование джунглей. Где пролегает предел между настоящим и воспоминанием о нем? Он постоянный