Там, где заходит солнце

Мы живые, пока мы верим! Вери Тихий – 72. Она – колыбельная учительница украинского языка, которая даже представить не могла, что окажется в Домик для пожилых людей, куда ее привезет единственный и такой любимец сын... Но летом 2022-го года Вера Петровна остается сама: сын Толя день и ночь волонтерит, а невестка с детьми вынужденно эвакуируются за рубеж. Возможно, с больным сердцем и опасность вокруг действительно лучше перебыть пока здесь — под наблюдением медиков, в компании «однолетков»?  Но вместо открытых, гостеприимных состарившихся женщина встречает в Доме сраненных, колючих стариганов, что изо дня в день просто наблюдают, как их жизнь, как будто солнце, закатываются за горизонт.  Что скрывают эти одинокие старческие сердца? И какие трудности способно выдержать материнское сердце?  «Там, где заходит солнце» – книга-пластырь на каждое израненное сердце и при этом чрезвычайно честное повествование о жизни на его мероприятии.  Насыщенная юмором, старческой мудрости, иронией, трогательными воспоминаниями и историями, превращающей ее в своеобразный «книжевый шелтер». Позволяет взглянуть на жизнь обитателей дома для пожилых людей в ретро-спективе истории: со времен советской окупации до современной полномасштабной войны. Острая художественная рефлексия на тему отношений родителей и детей, семейных ценностей, силы материнской любви и человеческих доль в разгар сложных жизненных испытаний. «Цей мамин погляд... Так смотреть могут только они. Так, будто с глаз вырастают миллионы маленьких рук, чтобы зажать в объятиях каждый миллиметр твоего тела. ласково перебирать твои волосы. Лоскотать твои щеки. И снова обнимать. Мамин взгляд - он всегда такой особенный. Даже когда тебе сорок два.» «-А вы шо, Петровина, может,агантка? — говорит она. — Нет. А почему вы так решили? — Дасердяйствуй, вы не моитесь. И иконка у вас Божья Матери только одна. — Я Хайствуй, просто мысленно. -рия, - соответствует соседка, - а я мысленно не умею. Мне тогда говорятся, шо Бог меня не услышит. Так и сухая мояana, когда я была маленькой.» «Чуже горе... Она еще никогда не умела давать ему совет. Чужнее горе всегда требует больше, чем свое. В своем горе все понятно. Вот ты, вот оно, вот между вами пустота из болит. В чужом горе для тебя нет места. Точнее, какого бы места ты ни выбрала, всегда будешь чувствовать себя зайкой.» «― Боже, какое крассе! Это шо, на смерть? — вдруг врывается в ее воспоминания толстая женка лет восьмидесяти. ― звонок? — не сразу понимает вопрос Вера Петровна. ― Фразь, платочки у вас кроссови. Так вы на смерть составляете? ― А, нет, — кажется действительно понимает, — я их94. ― Ясненько. Очень красово.»